ЛИТЕРАТУРНЫЙ КАБИНЕТ С. Г. ЧАВАЙНА. Добрые друзья и соратники С. Г. Чавайна. Воспоминания современников

16.03.2020 | 440 просмотра(ов)

Бирюков Нил Григорьевич (1905-1977) – русский поэт, уроженец г. Горького (ныне Нижний Новгород). В 1934 году приезжал в Йошкар-Олу, где и познакомился с С. Чавайном, и потом не раз встречался с ним.

«Мастер»

«…Строить литературу на пустом месте – труд едва ли не большой, чем создать что-либо незаурядное в литературе уже известной… Известно: вещи можно делать по-разному – хорошо и плохо, рьяно и нерадиво. Отношение мастера к работе всё равно увидят. Но самый беспощадный инспектор качества – время.

С. Чавайна читают и, надо думать, ещё долго будут читать его земляки...

Есть марийская пословица «Что знает евший? А готовивший пищу всё знает!» Вся марийская художественная литература пока ещё умещается на одной книжной полке длиною в метр… Но вряд ли кто даже из марийских писателей знает так, как Сергей Григорьевич Чавайн, чего она стоила, эта полка.

Начинал он в 1905 году, тридцать лет назад:

«Тихая роща есть в моей родине…»

…В этом первом стихотворении, маленьком и простом, но отнюдь не примитивном… сказались нежная любовь к своей родине, к своему народу. И сквозь годы и все свои книги пронёс Сергей Григорьевич это сыновнее чувство: от «Рощи» через «Йыланду» – наивную романтическую легенду о марийском народном герое Йыланду и вероломстве царя Ивана Грозного, через «Революцию» и «Пасеку» к «Лесозаводу».

Тяжёл был труд писателя. Двенадцать лет  пробирался почти в одиночку (по сути дела отсутствовала печать на родном языке), сквозь царскую цензуру (к «инородцам особенно подозрительную)… сквозь всю мрачную действительность – для этого нужно незаурядное мужество. С. Чавайн остался верен себе.

Когда литература строится на пустом месте, её создателям надо обладать гением разносторонности. Надо и писать, и переводить, и учить молодёжь, надо редактировать, критиковать, разрабатывать язык, писать в газеты, создавать учебники для школ, записывать песни, сказки и предания. Надо делать всё. С. Чавайн и делал всё. Пьесы и романы, стихи и рассказы, Пушкин и Гоголь, Некрасов и Островский дошли к марийскому читателю через него. Детские книжки Маршака – тоже. Народные песни и предания, обработанные им, вернулись обратно в народ…

Бывал он и бит неоднократно литературными противниками. Но …стало ясно одно: С. Чавайн глубоко и органически связан с народом, связан не только тематикой, а всем строем своей художественной мысли, писательской манеры, черпающей прямо из живого родника народного творчества…

…Сознательно или бессознательно он выбрал стиль простоты…

Исторически ещё вчера марийской литературы не существовало… В год один тощий календарь… А сейчас бурно растёт марийская литература. И первое имя в ней принадлежит С. Чавайну…

…Марийская область празднует его тридцатилетний юбилей. Вот он сидит, этот скромный тихий человек, по существу создавший марийскую  национальную литературу. Сидит, мерцая очками, изредка роняя шутку, реплику…

Он выслушивает всех, встанет, скромно поблагодарит собравшихся за честь, поклонится собранию по-старинному, почти в пояс, и потом пойдет к себе, к лампе, в комнату, где книги, рукописи, заповедные тетради с народными песнями и эпосом…» 

1986 г.

Из книги:

Певец народа: воспоминания и документальные очерки о С. Г. Чавайне : [к 100-летию со дня рождения]. – Йошкар-Ола : Марийское книжное издательство, 1988. – С.146-148.

 

Материал подготовлен сотрудником отдела редких книг и рукописей Н. А. Поповой

Русский