Книжный вернисаж: Гюстав Доре.

04.05.2020 | 346 просмотра(ов)

Отдел литературы по искусству приглашает познакомиться с наиболее интересными изданиями по разным видам искусства.

Дьяков Л. А. Гюстав Доре. – Москва : Искусство, 1983. - 185 с., ил.

Гюстав Доре - один из самых ярких мастеров книжной графики. Его иллюстрации к произведениям Рабле, Данте, Сервантеса вот уже многие годы пробуждают воображение читателей. Воображение же самого художника в детские годы было занято таинственными лесами его родины – Лотарингии, и удивительными средневековыми постройками города его детства – Страсбурга. Юный Гюстав жил в доме, из окон которого был виден готический собор. Из этих впечатлений родилась романтическая любовь к средневековой архитектуре. Позже образ гигантского собора будет  создавать в работах Доре настроение чудовищной грандиозности, возвышаясь над окружающим пространством, подобно фигуре великана Пантагрюэля.

Доре увлекался рисованием с раннего детства, и уже в пятнадцать лет его рисунки начинают публиковать в одном из парижских сатирических журналов. Работа карикатуриста привлекала его, но всё же вскоре  он заинтересовался ещё и книжной графикой. И не напрасно! Его первый опыт в этом направлении, иллюстрации к «Гаргантюа и Пантагрюэлю» Ф. Рабле  произвели сенсацию. Издание стоило недорого и распространялось в журнальном формате. Благодаря этому имя художника стало широко известно читающей публике. Один из друзей художника вспоминал: «Доре и Рабле были темой разговора всего Парижа, и никто не говорил ни о чём, кроме как об этой книге и её удивительных иллюстрациях. Люди не верили, что их автором был почти мальчик, и многие смеялись надо мной, когда я уверял, что это так». Гениальные иллюстрации Доре к «Гаргантюа и Пантагрюэлю» явились началом нового типа иллюстрированной книги, где рисунки неразрывно сливаются с текстом. За первым триумфом последовали и другие.

Ещё подростком Доре проводил много часов за рисунками к «Божественной комедии» Данте. Некоторые современники Данте считали, что поэт и в самом деле побывал в преисподней. Известен рассказ о двух дамах, встретивших его на улицах Вероны. «Посмотри-ка! – сказала одна из них, указывая на поэта. – Вот тот, который может ходить в ад и приносит оттуда вести!» «Ты права! – отвечала её собеседница. – У него от адского огня потемнело лицо, и закучерявилась борода». Как «реальное» путешествие в ад трактует «Божественную комедию» и Гюстав Доре. Работая над иллюстрациями к Данте, художник изучал творчество Микеланджело, особенно его фреску «Страшный суд», находящуюся в Сикстинской капелле Ватикана. Отсюда берут начало могучие, полные дикой энергии бесчисленные тела грешников в гравюрах Доре, которые по выражению Данте, носятся в неизмеримых безднах ада «подобно сухим листьям».

Популярность Доре-иллюстратора достигает вершины: каждый автор, который писал книгу, хотел, чтобы Доре иллюстрировал её; каждый издатель, который публиковал книгу, стремился выпустить её с иллюстрациями Доре. Он же обращается к тому, что близко его романтическому складу дарования: к сказкам Шарля Перро, героям басен Лафонтена, «Неистовому Роланду» Ариосто, «Капитану Фракассу» Т. Готье.

Иллюстрации к «Приключениям барона Мюнхгаузена» Р.-Э Распе Доре делает в лёгкой, импровизационной манере, близкой стилю самого рассказчика. С непринуждённой веселостью художник-француз издевается над прусской военщиной и байками о непобедимом прусском солдате, выходящем сухим из воды. Пройдёт несколько лет после появления «Мюнхгаузена» Доре, и французам придётся встретиться с подобными мюнхгаузенами во время франко-прусской войны 1870-1871 годов.

Работая над циклом гравюр к «Дон Кихоту» Сервантеса, художник знакомится в Баден-Бадене с И. С. Тургеневым и Полиной Виардо, которая только что перевела роман на французский язык. Идеи Тургенева, который видел в Дон Кихоте не только «фигуру, созданную для осмеяния старинных рыцарских романов», Доре были близки. Дон Кихот в трактовке художника благороден, добр, он живёт для других, истребляет зло и противостоит волшебникам, великанам, притеснителям.

Обращаясь к произведениям труднейших для иллюстраторов авторов, французский мастер впервые в истории выдвинул иллюстрацию на один уровень с текстом. Наверное, поэтому вот уже более 150 лет созданные им образы продолжают вновь и вновь появляться вместе с изданиями классиков мировой литературы.

 

Сообщение подготовила Сокольникова О. А.

Русский