ГЕНИИ ВЛАСТИ. Екатерина II (1729-1796)

15.06.2021 | 240 просмотра(ов)

Я имею честь быть русской, я этим горжусь,
 я буду защищать мою Родину и языком,
и пером, и мечом – пока у меня хватит жизни.
 Императрица Екатерина Великая
София Августа Фредерика, принцесса Ангальт-Цербстская, будущая русская императрица Екатерина II (в православии Екатери́на Алексе́евна; Екатери́на Вели́кая; императрица Всероссийская с 1762 по 1796 год) родилась 21 апреля 1729 года.
Как и у большинства российских императоров, оказывающихся у власти, у Екатерины были планы тотального переустройства страны.
Будучи исключительно высокого мнения о себе и своих возможностях, она собиралась довести дело Петра Великого до конца. По словам придворного поэта Александра Сумарокова, «Петр дал нам бытие, Екатерина — душу»: Петр создал русскую элиту — дворян, одел их, побрил, приучил к европейским манерам и этикету; Екатерина решила вырастить из них новую породу людей — наделенных душой, способных правильно чувствовать. Для этого она занялась театром, журналами и, конечно, образованием: создала новую кадетскую школу, реформировала университет, основала Смольный институт.
Политику её можно охарактеризовать как успешную и продуманную. За годы своего правления Екатерина Алексеевна добилась отличных результатов. Благодаря успешной внутренней и внешней политике, ей удалось добиться значительного увеличения территории Российской Империи и численности народа, её населяющую.
Вклад Екатерины II в русскую историю настолько значителен, что память о ней хранят многие произведения нашей культуры.

Павленко Н. Екатерина Великая / Н. Павленко. – Москва, 2000. – 495 с.: ил.
Об удивительной судьбе российской императрицы Екатерины Великой о ее необыкновенных замыслах и свершениях, любовных утехах и взаимоотношениях с вельможами, а также о судьбах России Екатерининской эпохи и о многом другом рассказывает в своей книге известный историк Николай Павленко.
«Более наблюдательный граф Гюлленберд в 1740 году упрекнул мать Софии в том, что та уделяет мало внимания воспитанию дочери, «развитой не по летам», а во время повторной встречи в 1744 году назвал Фике пятнацатилетним философом.
…Живейшее участие в выборе невесты для наследника российского престола принял прусский король Фридрих II, заинтересованный в дружбе с Россией. «Из всех соседей Пруссии, – рассуждал он, – Русская империя заслуживает наибольшего внимания, как соседка самая опасная: она сильна, она близка. Будущие правители Пруссии должны будут искать дружбы этих варваров». За десять дней до отъезда матери и дочери Фридрих II в письме к Елизавете дал им самую лестную характеристику: «Я могу поручиться в их достоинствах. Молодая принцесса, при всей живости и веселонравии, которые свойственны ее возрасту, одарена отличными качествами ума и сердца».
…При более близком знакомстве оказалось, что характеры будущих супругов совершенно несовместимы. «Я увидела ясно, – записывала Екатерина задним числом, – что он покинул бы меня без сожаления; что меня касается, то ввиду его настроения он был для меня почти безразличен, но не безразлична была для меня русская корона». С. 18-20.

Брикнер А. История Екатерины II / А. Брикнер. – Москва. – 1998. – 800 с.
Не придерживаясь строго хронологического порядка, автор разделил свой труд на несколько частей. В пятой части рассказана история последних лет царствования императрицы и очерчена ее личность.
«Что касается религиозности Екатерины, то Фридрих II прямо обвинял ее в лицемерии и ханжестве. Мы помним, что ей было нелегко решиться на принятие православия, но что затем она употребляла внешнее благочестие, как средство для упрочения своего положения в России. Строго соблюдая правило церкви, исполняя добросовестно религиозные обязанности, императрица старалась произвести некоторое впечатление на своих подданных. Когда Вольтер упрекал ее в том, что она унижает себя, целуя руку священника, она оправдывалась тем, что это лишь внешний обычай, который мало-помалу выходит из употребления. Нет сомнения, что религиозность Екатерины не вытекала из особенно глубокого чувства.
…Главной чертой ее характера была некоторая светскость. Ее миросозерцанием был оптимизм, а главным правилом житейской мудрости – веселость. Она не любила размышлять о печальных событиях, предаваться горю, останавливаться на каком-либо мрачном предмете. Этим самым отчасти и объяснялось ее уважение к Вольтеру, которого она называла «божеством веселости». И эту игривость и живучесть, эту свежесть и веселость она сохранила до конца своих дней». С. 700-704.

Середа Н. . Реформа управления Екатерины Второй: источниковедческое исследование / Н. Середа. – Москва, 2004. – 446 с.
В работе описан механизм осуществления одного из крупнейших преобразований в России, показаны роль и значение магистратов и других местных учреждений в процессе модернизации системы управления.
«К моменту начала реформ Екатерины II на местах не было той элиты, которая в течение ближайшего времени могла бы достичь значительного уровня административно-правовой культуры, чтобы составить органы управления, способные если не создавать законы, то хотя бы действовать в их рамках, вводить разумные налоги, соблюдать справедливость в раскладке податей, организации рекрутских наборов и отбывания других повинностей, проводить политику в рамках обеспечения прав личности, добиваться справедливости в распределении доходов. И реформа управления, вводимая Учреждениями о губерниях, стала первым шагом к созданию региональных сообществ и формированию местной элиты.
…Как показывает проведенное исследование, контроль вышестоящих учреждений за местными городскими сообществами был необходим и в силу недостаточной их подготовленности к выполнению возложенных на них функций и для предотвращения злоупотреблений лиц, приближенных к власти и средствам, составляющим городской доход». С. 364.

Рахматуллин М. Екатерина II, Николай I, А. С. Пушкин в воспоминаниях современников / М. Рахматуллин. – Москва, 2009. – 640 с.
В главе «Фавориты» в сборнике работ известного специалиста по истории представлен портрет Екатерины Великой в ее самохарактеристике и противоречивой оценке соотечественников и иностранцев.
«Тема фаворитизма требует более основательного разговора. …В царствование Екатерины II он, по сути, приобрел функции некоего государственного механизма, что, когда в нем обнаруживались сбои, это в той или иной мере отзывалось на течении государственных дел. По отзывам же иностранных дипломатов, в стране в период смены фаворитов наблюдалось даже нечто вроде междуцарствия.
…Князь Потемкин более всех других фаворитов имел влияние на ее мнение, но и он знал, что на глазах императрицы нельзя пользоваться властью, которую он разделял с нею.
…Высокомерие Зубова, вдруг, после смерти Потемкина, возомнившего после себя великим человеком, не знало границ. К тому же, будучи уверен в безграничном расположении дряхлеющей императрицы, он чуть ли не на ее глазах не только допускал «амурные шалости», но и бесконтрольно распоряжался казенными деньгами. Впрочем, этим в тех или иных масштабах занимались и все прежние фавориты. По приблизительным подсчетам французского историка Кастора, десяток главных фаворитов Екатерины обошелся казне в сумму, превышающую годовой бюджет страны, – 92 млн 500 тыс. руб. Реальные же потери, несомненно, были гораздо большими за счет не поддающихся учету фактов массового воровства». С. 100.
«Возвращаясь к теме фаворитизма, нельзя не коснуться вопроса о причинах его расцвета при Екатерине II. Чисто поверхностное объяснение их видится в слабости ее женской натуры. …Заложенная в ней от природы чувственность, ввиду особых обстоятельств задавленная в молодые годы, потом прорвалась с неудержимой силой. С другой стороны, по ее собственному признанию, органически не переносила женского общества и отсутствия рядом крепкой мужской руки, мужчины, способного к сопереживанию, к ободряющей поддержке, реальной помощи, к чему Екатерина настойчиво приучала и принуждала фаворитов». С. 108.

Век Екатерины II: Россия и Балканы. – Москва, 1998. 165 с.
В издании представлен широкий круг исследований, связанных с личностью и деятельностью Екатерины в рамках отношений России с Юго-Восточной Европой.
«С первых лет правления Екатерины II черноморско-балканское направление занимает важнейшее место в ее внешней политике. Стратегической целью императрицы было овладеть побережьем Черного моря, так же как Петр I завоевал для России побережье Балтики. Установление тесных связей с греками –  естественными союзниками России в борьбе с Османской империей – рассматривалось как важное средство достижения этой цели.
…В ходе первой русско-турецкой войны Екатерина не ставила целью радикальное решение Восточного вопроса. Цель, к которой она стремилась, была более скромной и вполне реалистичной: обеспечить для России надежный выход к Черному морю. В то же время, чтобы получить поддержку православным населением балкан военных усилий России, императрица давала понять, что она будет содействовать освобождению балканских народов от османского ига». С. 69.

Каррер д’Анкосс Э. Екатерина II. Золотой век в истории России. – Москва, 2006. – 448 с.
Задача автора этой книги – найти в сложном лабиринте фактов, документов и противоречивых суждений истинное лицо, а главное – подлинный вклад Екатерины II в историю России.
«Завоевание новых территорий и диверсификация экономической деятельности позволили существенно расширить товарообмен. Юг, с его изобилием сельскохозяйственной продукцией, снабжал ею центр и север страны, получая взамен товары промышленного производства.
…Можно представить себе размах растущей деловой активности в царствование Екатерины, если обратить внимание на ярмарки, которые традиционно занимали большое место в экономической жизни страны. Ярмарки становились событием года. В период с 1760 по 1790 год число ярмарок непрерывно росло, к концу века их было уже свыше 4000, что свидетельствовало об очень интенсивной коммерческой деятельности.
В области внешней торговли у Екатерины также были крупные достижения. За время ее царствования втрое вырос ежегодный показатель в рублях внешнеторгового товарообмена – как экспорта, так и импорта. …Период царствования Екатерины станет настоящей школой заграничной торговли для российских купцов, для которых до того времени более привычной была торговля внутри страны. И если англичане по-прежнему будут играть главенствующую роль на европейском континенте, то русские овладеют восточным рынком.
…Ее экономическая практика была, без сомнения, во многих отношениях неосторожной. И все же Екатерина II оставит после смерти свою страну далеко не в столь катастрофической экономической ситуации, какая досталась ей в 1762 году». С.256-260.

Материал подготовила Миниахметова Л. И., ведущий библиотекарь отдела социально-экономической литературы

Русский