Александр Фёдорович Керенский (22.04.1881-11.06.1970) – одна из самых противоречивых фигур российской истории, чья деятельность пришлась на переломный период 1917 года.
Ключевыми качествами Керенского были ораторский талант и харизма – они помогли ему завоевать популярность среди либералов и рабочих.
Многие называют его «гробовщиком» монархии, перекладывая на его плечи вину за убийство царской семьи и хаос, пришедший в страну. Он стал первым в истории России правителем, получившим свое звание не по наследству. Но долго продержаться во главе реформированного государства ему не удалось. Революция, вознесшая его на престол, его же оттуда и снесла.
Современные историки признают его роль как символа эпохи надежд, но подчёркивают, что его методы не соответствовали масштабу вызовов.
Ганин, А. Керенский. Крупный план / А. Ганин // Родина. – 2017. – № 7. – С. 29.
«В юности Керенский играл на театральной сцене. Он и на театре войны пытался сыграть роль героя: появлялся перед солдатскими массами в ботинках с обмотками, в жару разоблачался до рубахи.
Керенский беспрерывно выступал на митингах (за что получил по аналогии с главнокомандующим ироничное прозвище «главноуговаривающий»), но он расплескивал воду, которая уже не могла погасить пожар.
К тому же штатский министр не знал уставов, был далек от армейских порядков. Очевидец не без иронии свидетельствовал, как Керенский в штабе 7-ой армии с показным демократизмом стремился поздороваться с солдатом, державшим винтовку «на караул»: «Новый военный министр еще не знает, что делать со своей правой рукой и не понимает, когда на военной службе ее можно протягивать, а когда это не подходит даже для самой «свободной армии мира». И получился конфуз. Лихо держит головной ординарец свою винтовку «на карауле». С. 29.
Эрлихман, В. Александр Керенский: герой с картонным мечом / В. Эрлихман // Родина. – 2017. – № 2. – С. 67-68.
«Менее сентиментальный критик Петр Пильский подобрал другое сравнение – «герой с картонным мечом». За грозными речами министра и правда ничего не стояло: страна стремительно летела в анархию. Солдаты перестали подчиняться офицерам, Керенский, с апреля военный министр, пытался навести в армии хоть какой-то порядок. Но не силой, а все теми же речами.
Кое-как подготовленное его усилиями июньское наступление бесславно провалилось. А тут еще большевики все активнее – июльский мятеж – рвались к власти, надо было воевать и на этом фронте.
Александр Керенский, уже премьер-министр, получает чрезвычайные полномочия – но вновь проявляет решительность только на словах. Его отказ «додавить» большевиков – «мы социалисты, а не держиморды» – вызвал разочарование коллег.
– Все же Керенский не волевой тип, а лишь упрямый истерик, – без обиняков высказался кадет Андрей Шингарев». С. 67-68.
Федюк, В. П. Керенский / В. Федюк. – Москва, 2009. – 406 с. : ил. – (Жизнь замечательных людей).
«Что до Керенского, то, по его словам, именно вера привела его в революционное движение. В революционной романтике, в готовности жертвовать собой во имя других он увидел прямое воплощение христианской доктрины. Похоже, что в этом Керенский не кривил душой. Даже прямые его недоброжелатели считали его идеалистом. Это отнюдь не является индульгенцией, оправдывающей все и вся, – у Керенского был целый букет далеко не лучших черт характера.
Но при всем своем честолюбии и амбициях он не мог перейти той черты, которая для многих его оппонентов была лишь проявлением смешных условностей». С. 11.
Тютюкин, С. В. Александр Керенский. Страницы политической биографии (1905-1917 гг.) / С. В. Тютюкин. – Москва, 2012. – 309 с. – (Люди России).
«1917 год стал главным в жизни Керенского, хотя ему довелось прожить после этого еще более полувека. На протяжении одного этого года у него было все – победы и поражения, взлеты и падения, слава и унижение.
Сначала Керенский ненадолго стал поистине культовой фигурой, сравниться с которой по популярности, пожалуй, не мог тогда в России ни один политик. Затем началась нисходящая стадия его карьеры, когда одна ошибка следовала за другой, а один провал сменялся другим.
Он пережил в 1917 году очень кратковременный период прижизненной славы, а затем – полного разочарования в нем и презрения. И даже посмертной реабилитации уже в постсоветский период у него тоже не получилось и не получится, видимо, никогда, хотя место в отечественной и всемирной истории XX века Керенскому обеспечено хотя бы потому, что прочно связано с такими понятиями, как Россия и 1917 год. И этим все сказано». С. 290.
Архипов, И. А. Ф. Керенский: Пьеро из революционной сказки / И. Архипов // Звезда. – 2007. – № 11. – С. 107-127.
«В свободной печати, доживавшей в советской России последние месяцы, чуть ли не самой популярной темой оказывались «похороны» Керенского. К поверженному кумиру были безжалостны и бульварные сатирические издания, и серьезные «интеллигентские» газеты и журналы. Либеральная общественность не могла простить своего былого преклонения герою, с которым связывалось столько надежд…
Характерны жестокие, отчаянные строки Зинаиды Гиппиус, еще недавно относившейся к Александру Федоровичу с нежностью и доброжелательностью:
Проклятой памяти безвольник,
И не герой – и не злодей,
Пьеро, болтун, порочный школьник,
Провинциальный лицедей,
Упрям, по-женски своенравен,
Кокетлив и правдиво-лжив,
Не честолюбец – но тщеславен,
И невоспитан, и труслив…
В своей одежде неопрятной
Развел он нечисть наших дней,
Но о свободе незакатной
Звенел, чем дале, тем нежней…
Когда распучившейся гади
Осточертела песнь Пьеро –
Он, своего спасенья ради,
Исчез, как легкое перо.
***
Забвенья нет тому, что было.
Не смерть позорна – пусть умрем…
Но увенчает и могилу
Пьеро – дурацким колпаком». С. 125-126.
Новиков, Г. Н. Об архиве А. Ф. Керенского в Техасе / Г. Н. Новиков // Новая и новейшая история. – 1993. – № 1. – С. 209-214.
«Он не дожил до этих дней и, как он сам о себе написал за несколько лет до смерти, «ушел один, отринутый народом». Александр Федорович Керенский не был героем истории. Он был блистательным, но мимолетным кумиром. Но разве не поблекли на наших глазах образы героев той эпохальной трагедии, в которой Керенский сыграл пусть и не лучшую роль? Отринутый Октябрьской революцией, он неотделим от истории России, как и все то, что в ней произошло». С. 214.
Эти и другие книги и статьи из журналов о жизни и деятельности Александра Федоровича Керенского можно найти в отделах социально-экономической литературы и периодических изданий.
Материал подготовила Миниахметова. Л. И., ведущий библиотекарь отдела социально-экономической литературы
