«… Не имею слуха, не имею зренья,
Но имею больше – чувств живых простор:
Гибким и послушным, жгучим вдохновеньем
Я соткала жизни красочный узор…»
Ольга Скороходова
Каково это – жить в мире без звуков и образов? Быть все время наедине с собой и ощущать пространство только через запахи и прикосновения? Можно ли научиться читать, писать, самостоятельно передвигаться и получить хорошую профессию? Да! Однажды это доказала слепоглухая ученая Ольга Ивановна Скороходова, педагог-дефектолог, кандидат педагогических наук. О том, как ей удалось пробить стеклянную стену между собой и миром и научиться «видеть мыслями», она рассказала в своей удивительной книге «Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир».
Ольга Ивановна Скороходова родилась в 1911 году в селе Белозерка недалеко от города Херсона. Она была единственной дочерью в небогатой крестьянской семье. Когда в 1914 году ее отца забрали в армию, единственным кормильцем в семье осталась мать. Целыми днями она пропадала на работе – батрачила у священника, а маленькая Оля оставалась дома с дедушкой. Для девочки это было счастливое время. Беда случилась, когда Оле исполнилось восемь лет. После перенесенного менингита она потеряла зрение и начала глохнуть: сначала на одно ухо, потом на оба. Дедушки к тому времени уже не стало, и все заботы о дочери легли на плечи матери. Ольга Ивановна вспоминала, что сначала они с мамой очень надеялись, что все изменится, и болезнь отступит. Было страшно поверить в то, что глухота и слепота останутся навсегда:
«В стране была разруха, шла гражданская война, и, конечно, мать никуда не могла определить меня. Правда, она делала, что могла, – возила меня к врачам в Херсон, но как глазные, так и ушные врачи только гладили меня по голове, да сочувственно советовали матери не падать духом».
Кроме врачей мать возила маленькую Олю к шарлатанам-знахарям и в церковь. Девочка даже начала бояться бесконечных процедур, которыми ее пытались исцелить: бочек с горячей водой, холодных платьев, вывалянных в крупной соли, долгих молитв в углу на горохе и всевозможных травяных отваров. Лучше не становилось. Наоборот, добавились проблемы с развитием, т. к. целыми днями Оля жила в одиночестве, в полной тишине и темноте, пока мать была на работе. Еще тяжелее стало, когда мать заболела туберкулезом и слегла. Слепоглухой девочке пришлось взять на себя все заботы. Иногда ей даже приходилось выпрашивать у соседей хлеб, чтобы прокормиться. Истощенную и растерянную, ее нашла тетка и взяла к себе в дом.
Вскоре мать умерла, а отец завел новую семью и в селе не появлялся. Олю перевез к себе дядя, который жил в Херсоне. У дяди было хорошо, хотелось остаться тут навсегда. Но мечта девочки не сбылась – дядя устроил ее в Одесскую школу для слепых детей. Ольга Ивановна не любила вспоминать об этом периоде своей жизни, даже когда стала взрослой.
Переносить все трудности новой жизни приходилось в одиночку. В школе было много детей, но они не всегда понимали, как правильно общаться с новенькой. Часто кричали ей громко в уши в надежде, что она услышит. Так Оля окончательно оглохла, и у нее начались проблемы с равновесием. Девочку часто оставляли под замком, пока остальные отправлялись на прогулку. И здесь впервые проявился ее сильный и смелый характер: рискуя пораниться или ушибиться, Оля выбиралась из школы во двор, лазила по заборам и деревьям. Главным ее стремлением было – познавать мир, но она понимала, что для осуществления этого желания необходима помощь окружающих ее людей.
Жизнь Ольги изменилась к лучшему в 1925 году, когда о ней узнал профессор Иван Афанасьевич Соколянский (1889–1960), советский дефектолог, специалист в области тифло- и сурдопедагогики. Иван Афанасьевич забрал девочку в свою новую клинику для слепоглухонемых детей в Харьков, которая открылась в 1923 году. Тогда там жили только пять воспитанников. Ими занимались врачи, воспитатели и педагоги. Ольга Ивановна вспоминала, что все сотрудники относились к детям очень внимательно, как к родным, и она поняла, что в ее жизни произошло что-то важное, хотя привыкнуть к новому месту и новым правилам было нелегко.
Основные проблемы были связаны с тем, что она не могла общаться с взрослыми и неправильно понимала многие их поступки. Ей даже казалось, что все нарочно хотят ее обидеть. Например, она не понимала, зачем ее учат носить непривычную одежду и обувь, зачем нужно столько помещений для сна, еды и занятий, если дома хватало двух комнат. У нее никак не получалось обращаться с вилкой и ножом. А когда она пыталась изучать окружающее пространство, залезала на окна или трогала странные часы на стенах, обижалась, что ее останавливали и заставляли делать то, что ей было неинтересно.
Первая радость пришла тогда, когда профессор научил девочку общаться – сначала с помощью определенных жестов, затем с помощью пальцевой азбуки (дактилологии). Возможность передать взрослым и другим детям, что она думает, было для нее величайшим открытием. Оля начала учиться и делала это очень старательно. Вместе с тем она обучалась рукоделию и лепке. Но особенно полюбила скульптуру. В клинике было много скульптур – и девочка неустанно изучала их с помощью пальцев. Она заметила, что в ее руках появилась особенная чувствительность. С помощью рук она могла не только определять на ощупь предметы, но даже узнавать педагогов и друзей по их касанию. Зрение заменили осязание, обоняние и вибрации воздуха. Ольга Ивановна описывала это так:
«Я не воспринимаю извне никакого шума, не вижу света – вообще пребываю во мраке и тишине, но это не значит, что я погружена в небытие. Напротив, я знаю, что вокруг меня происходит непрерывное движение человеческой жизни. Я пытаюсь представить себе жизнь людей, движение в городе. Но шум и звуки представляются мне в виде непрерывных вибраций. Свет и звуки выключены. Остается воздух: его движение и направление этого движения, температура, насыщенность запахами… Из этих, казалось бы, мелких, незаметных ощущений постепенно складывается определенное, стройное представление об окружающем мире…».
С помощью рук юная Оля даже научилась слушать музыку – она прикасалась к крышке рояля, чувствовала вибрации и повторяла их руками, как будто дирижируя. Руки также помогали ей безошибочно ориентироваться в комнате, обслуживать себя, быть самостоятельной и использовать всевозможные сигналы. Например, она придумала специальную веревочку, которую закрепляла на двери – и по движению веревки могла знать, когда кто-то входил в комнату или просто стучался. Позже самой большой радостью стало чтение. Она называла его единственным средством спасения слепоглухонемого, а книги считала своими друзьями и учителями. Благодаря чтению Ольга Ивановна смогла начать обучение школьной программе.
В клинике Ольга Ивановна освоила специальные приборы для незрячих: грифель, ручную брайлевскую доску и пишущую брайлевскую машинку. И, по совету профессора, начала вести дневники и писать собственные рассказы. Ее настоящей страстью стала литература и поэзия. Они не только будили ее фантазию, но и помогали узнать и представить то, что девушка никогда не видела, не слышала и не осязала. Со временем Ольга Ивановна научилась ориентироваться в литературе и искусстве.
Ей очень нравилось творчество Максима Горького (1868–1936), она даже написала ему письмо. Ответ от писателя пришел в 1933 году, и это важное событие стало началом доброй дружбы с человеком, который помог Ольге Ивановне поверить в свою собственную, особенную миссию:
«Он вдохновлял меня и направлял ко всему доброму и разумному. С каждым его письмом я умственно росла. Он призывал меня быть полезной для науки, писал мне: «Вы служите человечеству, и Вы вправе этой службой гордиться».
К сожалению, Ольге Ивановне не удалось лично встретиться с писателем. В Москву она впервые приехала только в мае 1941 года. Тогда ее поразила энергия столицы и то тепло, с которым ее встречали. Ольга вступила в ряды ВЛКСМ и активно участвовала в общественной жизни. Невероятно, но она сумела научиться устной живой речи и выступала на собраниях комсомольцев с докладами. Контролировать голос ей помогали руки – она просто касалась горла руками и по вибрации могла понять, выше или ниже говорить, громче или тише. Ольга Ивановна даже мечтала поступить на литературный факультет, но планы нарушила война.
Из-за инвалидности и думать не приходилось о том, чтобы отправиться на фронт, но Ольга Ивановна служила по-своему: поднимала боевой дух солдат своими текстами, стихами, рассказами.
В 1944 году О. И. Скороходова переехала в Москву, где вновь встретилась со своим учителем – профессором Соколянским. В 1947 году опубликовала свою первую книгу, основанную на дневниковых записях «Как я воспринимаю окружающий мир», которая была отмечена премией К. Д. Ушинского. Предисловие к этому изданию было написано известным психологом А. Н. Леонтьевым, где он обращал особое внимание на удивительную тонкость описаний автором различных видов своей чувствительности – осязания, обоняния, вибрационного чувства, температурных и вкусовых ощущений, которые заменяли ей слух и зрение. Особенно интересными он нашел самонаблюдения Ольги Ивановны, характеризующие целостные, сложные переживания окружающего, которые дополнялись анализом не только своих ощущений, но и стремлением понять впечатления других, видящих и слышащих людей.
В 1948 году Ольга Ивановна стала научным сотрудником Научно-исследовательского института дефектологии АПН СССР (ныне Институт коррекционной педагогики РАО) и начала заниматься вопросами психологии и развития слепоглухонемых людей. Своей главной целью она видела борьбу с предрассудками в обществе, ей хотелось доказать, что люди с инвалидностью – не иждивенцы, они могут быть полноценными членами общества, но им нужны хорошее образование и опытные учителя.
Вышедшая первая книга в полной мере продемонстрировала читателю процесс духовного роста человека, вынужденного жить в абсолютной темноте и подавляющей тишине. 1954 год ознаменовался публикацией нового варианта книги, которая была дополнена и вышла под названием: «Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир», в предисловии И. А. Соколянский описал свою систему кропотливой и многолетней работы с Ольгой Ивановной по самонаблюдению.
В 1972 г. была опубликована ещё одна редакция этой книги с предисловием заведующего лабораторией обучения и воспитания слепоглухих детей НИИ дефектологии АПН СССР, доктора психологии А. И. Мещерякова (1923–1974). Здесь подробно описывается биография учителя Ольги Ивановны – профессора И. А. Соколянского, и излагается свое понимание системы обучения слепоглухих. В конце Александр Иванович возвращается к характеристике автора книги и пишет:
«Велика, конечно, заслуга учителя О. И. Скороходовой Ивана Афанасьевича Соколянского, но величие его заслуги ни в коей мере не умаляет подвига О. И. Скороходовой. Она работает, она наравне со всеми другими сотрудниками пишет научные работы, отчитывается о них… И мы как-то забываем о том, что вся жизнь Ольги Ивановны – это подвиг. Подвиг, который она совершает каждый день в течение многих лет».
В предисловии к изданию 1990 года, написанным кандидатом психологических наук В. Н. Чулковым (1939–1997), под руководством которого Ольга Ивановна работала в последние годы жизни, мы находим свидетельства ее тяжелых личностных переживаний, преодоление неверия в себя.
В 1961 году Ольга Ивановна защитила диссертацию и получила ученую степень кандидата педагогических наук по психологии. Ее монографии удостоены премий К. Д. Ушинского и переведены на многие иностранные языки. Ее работы – книги и статьи – уникальны. И невероятно честны. Еще честнее ее стихи, в которых она не боялась говорить правду и признаваться в своих страхах и слабостях:
Если ты не будешь видеть
Все, что зрячий видеть может,
Не смертельно это горе,
И тоска тебя не сгложет.
Ум и слух тебе заменят
Уходящих красок рденье.
Путь найди себе широкий
И за жизнь борись без зренья…
Вот рука моя, как друга…
Я тебя не утешаю,
Я зову тебя быть стойким,
К жизни новой призываю…
(«Письмо»)
Многие годы Скороходова жила одна, в быту и работе ей постоянно помогали два секретаря и сотрудники лаборатории, где она работала. Она много путешествовала, принимала участие в научных конференциях, в том числе и за рубежом, часто выступала с лекциями перед студентами, отвечала на письма многочисленных поклонников и учеников. Благодаря ее поддержке в 1962 году в подмосковном Сергиевом Посаде была открыта школа-интернат для слепоглухонемых детей. В 1974 году Ольга Ивановна была награждена Орденом Трудового Красного Знамени за заслуги по обучению и воспитанию детей с нарушениями слуха и зрения.
В 1982 году ушла из жизни в возрасте 71 года.
Все написанное Ольгой Ивановной Скороходовой имеет высокую научную и художественную ценность, и помогает нам понять удивительный внутренний мир человека, потерявшего зрение и слух, но сохранившего огромный интерес и радость жизни.
Литература
- Скороходова, О. И. Как я воспринимаю и представляю окружающий мир / О. И. Скороходова. – Москва : Изд-во Акад. наук РСФСР, 1954. – 368 с. № 301813 цч
- Скороходова, О. И. Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир / О. И. Скороходова ; предисл. А. Мещерякова. – Москва : Педагогика, 1972. – 447 с. № 814075 к/х
- Скороходова, О. И. Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир / О. И. Скороходова ; предисл. В. Чулкова. – 2-е изд., испр. и доп. – Москва : Педагогика, 1990. – 413 с. № б314297 к/х
- Абдаллах, К. М. Скороходова Ольга Ивановна (1911–1982) / К. М. Абдаллах // Сто знаменитых дефектологов: к 100-летию Института коррекционной педагогики : биографический словарь. – Москва : ИНФРА-М, 2023. – С. 232–234.
- Люди: Ольга Скороходова. – Текст : электронный // Особый взгляд : информационный портал. – URL: https://specialviewportal.ru/articles/art/post125/ (дата обращения: 04.08.2026).
Материал подготовила С. Г. Горбунова, главный библиограф информационно-библиографического отдела.
Источники фото:
Фото 2. https://urgaps.ru/news/115
Фото 3 https://vk.ru/wall-54015908_516
Фото 4 https://fb.ru/article/267940/skorohodova-olga-ivanovna-jizn-v-tishine-i-temnote
